Бюро оценки LABRATE.RU
©  Библиотека LABRATE.RU, 2014
Original article: http://www.labrate.ru/20141125/tezis.htm


реклама на LABRATE.RU        LABRATE.RU - советует

к главной странице все материалы круглых столов ЦЭМИ РАН

Тезисы к заседанию круглого стола
Оценка интеллектуальной собственности: практика, мифология, математические модели

г.Москва, ЦЭМИ РАН, 25 ноября 2014 года

[аудиограмма КС] [тезисы] [стенограмма] [он-лайн регистрация] [страница в Facebook] [рассылка] [схема проезда в ЦЭМИ]

Козырев А.Н., д.э.н, ЦЭМИ РАН

Начнем с формулировки тезисов, чтобы потом их проиллюстрировать и обсудить. Их всего пять:

1. Экономика – это интересы и права, а не субъекты и объекты, включая объекты интеллектуальной собственности. Тем самым в ней изначально присутствуют элементы, формализуемые в виде задач на экстремум (цели и ограничения).
Козырев Анатолий Николаевич
Козырев Анатолий Николаевич, д.э.н., заместитель директора ЦЭМИ РАН, заместитель председателя Научного совета по экономическим проблемам интеллектуальной собственности при Отделении Общественных Наук Российской академии наук (ведущий круглого стола)

2. Оценивать объекты интеллектуальной собственности, как правило, бессмысленно, однако можно оценивать стоимостные параметры конкретной сделки. Контекст! Контекст! И еще раз Контекст!

3. Метод освобождения от роялти подобен часам, которые показывают точное время ровно 2 раза в сутки, т.е. стоят. Не многим лучше и другие методы, применяемые профессиональными оценщиками.

4. Тезис о том, что три подхода (доходный, сравнительный, затратный) при правильном их применении должны давать одинаковый результат, не имеет под собой оснований, если речь об оценке интеллектуальной собственности. В его теоретическом обосновании заложены предположения о подающей эффективности, а здесь она возрастающая (на масштаб), и алгебра другая.

5. Современная теория игр предлагает целый набор инструментов, которые могли бы использоваться при оценке интеллектуальной собственности. Они и не решают всех проблем, но кое-что можно было бы делать изящно, а не с растопыренными пальцами. Главная трудность для их использования – сложность для освоения.


1. Экономика – это интересы и права, а не субъекты и объекты

На эту тему можно сказать очень много, в том числе много неприятного для любителей поиграть в объекты и субъекты. Мне же хотелось подчеркнуть изначальное присутствие в экономике элементов, из которых строятся содержательные и очень полезные на практике модели. В том числе это касается практики оценки, прежде всего, функционального подхода к оценке активов, применяемого в основном немецкими оценщиками. Не знаю, почему этот подход называется функциональным, но мне он интересен потому, что в нем явно используются решения экстремальных задач и двойственные оценки, а также потому, что он основывается на более реалистичной основе, чем пресловутые три подхода. Однако какие-то элементы экстремальных задач присутствуют не только в этом подходе. Не обязательно, чтобы математическое программирование использовалось в явном виде с выписыванием целей в виде числовых функций и ограничений в виде неравенств. Вместо целевой функции может присутствовать лишь частичная упорядоченность альтернатив, а вместо неравенств – ограничения какого-то иного вида. При этом продолжает работать идея двойственности и какие-то аналоги уравнения вариации оптимального плана. Подробности опускаю, так как не собираюсь читать лекцию на тему применения линейного программирования в экономике.

2. Контекст, контекст и еще раз контекст!

Фраза взята из книги Гордона Смита* по оценке товарных знаков, перевод которой я редактировал. С ним я не только согласен, но готов пойти гораздо дальше, впрочем, не только я. Вся идеология функционального подхода к оценке базируется на утверждении, что большинство сделок по продаже бизнеса уникально, и подходить к ним надо сугубо индивидуально. Иначе говоря, надо очень конкретно считать, сколько покупатель выиграет от приобретения бизнеса или актива, сколько продавец потеряет. А потом положительную разность делить между сторонами сделки «по справедливости». Такой же подход в отношении купли продажи патентов декларировал Джон Ромэри, от которого я набрался первых знаний по предмету еще в середине девяностых на семинаре НАТО в Москве. Суть его позиции в том, что продажа патента – это передел рынка. Из этого и надо исходить, когда одна фирма продает патент другой фирме. Ни о какой «внутренней стоимости» речь не идет и не может идти, поскольку «внутренняя стоимость» – миф.

--------------------------------------
* Гордон В. Смит. Оценка товарных знаков / Пер. с англ. бюро переводов Ройд. — М.: ИД «Квинто-Консалтинг», 2009. — 384 с.

3. Конфета белая круглая и метод освобождения от роялти

Набрав слова «конфета белая круглая» или «белая круглая горячка» в поисковой строке Яндекса, можно найти и прочитать много интересного, в том числе про товарные знаки и патенты на полезную модель. История товарного знака на конфету белую круглую не только интересна (почти детектив), но и поучительна. В той же истории был эпизод, когда возникла потребность в оценке прав на полезную модель. Производитель тех самых конфет решил выкупить патент на полезную модель у потенциального конкурента. При этом он предполагал сохранить за бывшим патентообладателем простую лицензию с тем же объемом производства, что и до выкупа патента. Возник вопрос о цене сделки и, соответственно, о применимых методах оценки, но не о том, как написать отчет в трех томах, а о том, сколько предложить для начала и как свое предложение обосновать. Тут придется дать некоторые пояснения, не называя прямо фигурантов дела.

Патент, о котором идет речь, был выдан на вафельную оболочку для кондитерских изделий (конфет), но не совсем круглых, а с плоским донышком. Ценность данного усовершенствования как такового оценить вне контекста абсолютно невозможно. И не будем пытаться это делать. Важно то, что производитель белых круглых конфет, вложивший в рекламу астрономические суммы, увидел возможность конкуренции и решил выкупить патент, сохранив за прежним патентообладателем простую лицензию с тем же объемом выпуска. Разумеется, первое, что хочется попробовать в качестве инструмента, это метод освобождения от роялти. Однако этот популярный метод уверенно дает нулевую стоимость, если применять его правильно, т.е. так как это описано в учебниках. Кстати, затратный подход во всех вариантах тоже дает что-то такое, т.е. какие-то затраты возникают, так как надо писать заявку на полезную модель и т.д. Но к сути дела они не имеют никакого отношения. Со сравнительным подходом получается еще смешнее. Как оказалось, обладателей патентов на полезную модель с плоским донышком много, т.е. существенно больше одного. Тогда производитель конфет белых круглых об этом еще не знал, а когда узнал, решил их просто «мочить», а не сравнивать. Выкупать у них патенты бессмысленно, поскольку заявки на полезную модель не проходят экспертизу по существу, а потому такие патенты будут появляться снова и снова. Когда производитель круглых конфет это понял, он зарегистрировал товарный знак на конфету белую круглую и стал истреблять таких патентообладателей по всей России через суд. Но это – отдельная история. Пора вернуться к освобождению от роялти.

В приведенном выше примере метод освобождения от роялти давал заведомо заниженную оценку, т.е. заниженную до бессмыслицы. Но гораздо чаще он дает заведомо завышенную оценку. Например, фирма производит продукцию на основе запатентованного изобретения, занимая небольшую нишу на рынке, а потом перестает поддерживать патент в силе. Сколько она теряет в стоимости? Ответ достаточно очевиден. Скорее всего, она вообще не теряет в стоимости, поскольку на денежный поток отказ от поддержки патента не повлияет. Никто в эту небольшую нишу не кинется. Чуть более сложная ситуация возникает при оценке «портфеля» патентов, на все патентоспособные решения, используемые в крупном проекте. Есть реальный пример из области авиастроения. Метод освобождения от роялти использовался при оценке «портфеля» в целом как основной (наряду с еще четырьмя). Начальник патентного отдела заказчика задал ехидный вопрос: «А что, если мы перестанем платить пошлины за половину из этих патентов? «Портфель» станет стоить меньше? А если не станет, то что? Сколько стоять эти «лишние» патенты»? Скажу сразу, он не совсем прав. Тут уже не все так просто. Можно рассказать много всего про синергетику и около нее. Но можно ведь рассмотреть и более простой случай, когда есть патент и скромное производство на основе запатентованного патента, с чего мы и начали. А потому понятно, что отдельный патент в большинстве случаев ничего не стоит. Не случайно большинство патентов не поддерживается сколько-нибудь долго.

4. Три подхода – лебедь, рак и щука?

Чтобы пояснить четвертый тезис, необходимо чуточку погрузиться в экономическую теорию и связанную с ней математику. Это может оказаться не по зубам даже относительно квалифицированным читателям, поскольку надо иметь представление не только о теории Альфреда Маршала, но и о математической теории общего равновесия, причем на уровне доказательств теорем существования и эффективности.

В теоретическом обосновании профессиональной оценки, как многим известно, заложены принципы, сформулированные когда-то Альфредом Маршалом. Развитие экономики представляется как последовательность состояний общего равновесия, а общее равновесие – это совокупность частных равновесий отдельных потребителей и производителей. В примитивном варианте равновесие – это совпадение спроса и предложения или пересечение двух кривых на графике. Но в экономике много продуктов, включая взаимозаменяемые, поэтому графиком не обойдешься.

Приходится представлять все в многомерном пространстве. И это сделано трудами математиков. Общее равновесие по-прежнему совокупность частных равновесий, но это уже не пересечение кривых, а неподвижная точка некоторого довольно сложного отображения.Частные равновесия получаются в виде экстремальных задач. В геометрической форме решение выглядит как соприкосновение двух выпуклыхмножеств, а именно, множества желательных состояний и множества достижимых состояний. Их можно разделить гиперплоскостью, которая соответствует ценам**. Как раз здесь очень существенна выпуклость. Для потребителя выпуклость множества желательных состояний соответствует убывающей полезности продуктов, у производителя – убывающей эффективности на масштаб. В маршалианской парадигме то и другое присутствует. Но когда мы имеем дело с интеллектуальной собственностью, как правило, имеет место возрастающая эффективность на масштаб. Следовательно, все построения рушатся в самой основе. Множества не разделяются гиперплоскостями!

Еще более ярко то же несоответствие проявляется, если абсолютизировать алгебраические свойства интеллектуальных продуктов. Тогда вместо возрастающей отдачи на масштаб получаем идемпотентность сложения. Впрочем, в цифровых продуктах она есть с самого начала (на уровне битов), поскольку «да» и еще раз «да» равно «да». Уравнение баланса превращается в уравнение Сэмюэльсона. Если в уравнении баланса совокупное потребление каждого продукта ограничено объемом его производства, то в уравнении Сэмюэльсона уровень потребления блага каждым экономическим агентом равен достигнутому уровню производства этого блага. Иными словами «знак сложения Сэмюэльсон заменил на знак равенства». Позднее В.Л. Макаров с подачи Л.В. Канторовича заменил сложение на операцию максимума. Получилась более гибкая конструкция, чем уравнение Сэмюэльсона. Однако в пределе, когда все потребляют по максимуму, т.е. в состоянии равновесия, эта конструкция превращается в уравнение Сэмюэльсона.

Из сказанного выше следует, что в самой основе теории, составляющей теоретическую базу профессиональной оценки (в ее англосаксонском варианте), заложены предположения, противоречащие природе информации. А потому, применяя ее подходы к интеллектуальной собственности, не следует ожидать получения осмысленных результатов. Если получается что-то, не вызывающее немедленного неприятия (как нулевая стоимость патента за вычетом простой лицензии в примере), то можно принять это за отправную точку. Можно посчитать разными методами в рамках различных подходов и получить близкие или совсем не близкие результаты. В том и другом случае за этим не следует видеть глубокого смысла. Если результаты близкие, вам повезло, ликуйте. Если результаты далекие, смело отбрасывайте наиболее одиозные, выбирайте понравившийся результат и утешьтесь.

--------------------------------------
** - Общее равновесие получается тогда, когда есть равновесные цена, определяющие все эти гиперплоскости разом. Потому и доказательство через теорему о неподвижной точке.

5. Теория игр предлагает, а брать некому

В предыдущем сюжете я апеллировал к математическим моделям для обоснования неприменимости стандартных подходов, заимствованных из оценки недвижимости, к оценке интеллектуальной собственности. Теперь немного о том, что применимо, но практически не применяется. Начнем с примера. Заказчик просит оценить портфель исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, где представлено несколько десятков объектов, включая программы для ЭВМ, патенты на изобретения, полезные модели и промышленные образцы, а также ноу-хау, связанные с использованием соответствующих программ, изобретений и полезных моделей. Упомянутые объекты правовой охраны используются в различных сочетаниях в пяти разных проектах. Один из проектов связан с конкретным заводом, другой – с территорией, третий – с услугой, предлагаемой в масштабе страны. Еще два проекта относительно независимы. Их в принципе можно рассматривать изолированно. Первые же три проекта связаны между собой через используемые технические решения. И при этом важно, что заказчику нужно получить конкретную величину – «рыночную стоимость» – для каждого объекта, включенного в портфель исключительных прав. Получается головоломная по сложности задача, которую, тем не менее, надо решать, ища компромиссы между формальными требованиями разного рода стандартов, логикой и здравым смыслом.

Здесь очень помогает теория игр, точнее, та ее часть, которая касается дележей. У теории дележей длинная история. Например, один из принципов описан в Талмуде. Он соответствует современному математическому решению, известному как значение по Шмайдлеру. Но в данном случае более подходит значение по Шепли. Разумеется, предварительно нужно проделать некоторую работу вручную, т.е. формализовать задачу, приписать конкретным решениям веса в рамках каждого проекта, сгруппировать их в кластеры по содержательным признакам и т.д. В результате получается неаддитивная функция, определенная на подмножествах исходного множества – «портфеля» исключительных прав. Далее к ней применяется линейный оператор, переводящий неаддитивные функции в аддитивные. Оператор должен удовлетворять набору естественных аксиом, известных как аксиомы Шепли. Аксиомы действительно очень естественны. С некоторым огрублением их можно сформулировать вербально. Одна из них означает, что если взять две неаддитивные функции, сложить, а потом применить к ним оператор, то результат будет таким же, как если сначала к каждой из них применить оператор, а потом результаты сложить. Вторая аксиома означает независимость результата от нумерации элементов исходного множества. Иначе говоря, можно их перенумеровать, применить оператор, а потом перенумеровать снова. Результат должен быть тот же, как и без этих операций. Вместе с требованием линейности оператора эти две аксиомы определяют его однозначно.

Разумеется, применение значения по Шепли в решении рассмотренной задачи – только часть решения, но это очень существенная часть. Без нее была бы одна голая эмпирика и волюнтаризм.

Также можно отметить, что на стыке современной теории игр и computing science (русский эквивалент еще не найден) появляются работы по оценке информации, очень хорошо проработанные в научном плане, но сложные для восприятия и применения. Однако проблема не только в сложности,а и в исходных данных. Предполагается, что известны распределения вероятности и их изменения, а реально в жизни есть ожидания и неопределенность.




Ссылка при цитировании:

Тезисы А.Н.Козырева к круглому столу "Оценка интеллектуальной собственности: практика, мифология, математические модели" // Библиотека LABRATE.RU (Сетевой ресурс), 25.11.2014. - http://www.labrate.ru/20141125/tezis.htm




Материалы по теме круглого стола:


Организаторы круглого стола
Научный совет по экономическим проблемам интеллектуальной собственности при Отделении Общественных Наук Российской академии наук

Учреждение Российской академии наук  Центральный экономико-математический институт РАН (ЦЭМИ РАН)

P.S. Стенограммы круглых столов ЦЭМИ РАН готовятся Бюро Расшифровок «Четыре Знака» http://4znaka.ru (тел.: +7(495) 227-3847, e-mail: 4znaka@4znaka.ru ). Научный совет по экономическим проблемам интеллектуальной собственности при Отделении Общественных наук Российской академии наук пользуется услугами Бюро Расшифровок «Четыре Знака» более 4-х лет.

Обращаем Ваше внимание, что если Вы хотите оперативно и своевременно получать информацию о круглых столах в ЦЭМИ РАН и материалы Научного совета по экономическим проблемам интеллектуальной собственности при Отделении Общественных Наук Российской академии наук - подпишитесь на бесплатную рассылку:

http://subscribe.ru/catalog/science.news.ipcouncilras






Стенограммы круглых столов ЦЭМИ РАН (2005-2014)




Союз образовательных сайтов Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 Rambler's Top100 Яндекс цитирования Рассылка 'Научный Совет по экономике интеллектуальной собственности'


Библиотека LABRATE.RU. Правила копирования и цитирования материалов сайта, форума, электронных рассылок. Размещение кнопок и баннеров.